100 лет Союзу журналистов/Авторы/Селивановский Сергей

РЕДАКТОР, ОРГАНИЗАТОР,  ФИНАНСИСТ…

 

Много лет назад в библиотеке им. Ленина в Москве я решил посмотреть в каталоге, нет ли там кого-либо по фамилии Селивановский, и обнаружил нескольких авторов с этой фамилией. К моему удивлению, среди них оказался Селивановский Михаил Константинович, мой дед. В каталожной карточке о написанной им книге говорилось: «Столетие Вятской губернской типографии», издана в Вятке в 1898 году.

Вернувшись в Ижевск, я нашёл экземпляр этой книги в Республиканской библиотеке и внимательно прочитал её. Меня поразила глубина исследования материала, основанного на архивных источниках, в частности, при определении точной даты создания типографии. Книга содержит подробную историю развития типографии с 1797 по 1897 годы, биографии её руководителей и работников.

Эта книга вызывала большой интерес на протяжении многих лет у историков и краеведов, поэтому в 2003 году было выпущено её репринтное издание, которое отмечено Специальным дипломом областного конкурса «Лучшая вятская книга – 2004» «ЗА СОХРАНЕНИЕ КУЛЬТУРНОГО НАСЛЕДИЯ ВЯТСКОГО КРАЯ». Диплом вручили Кировскому областному государственному унитарному предприятию «Кировская областная типография».

У меня уже было несколько материалов о моём деде, переданных мне близкими родственниками, но настоящий прорыв произошёл после звонка из Санкт-Петербурга. Звонила Елена Борисовна Бурова, которая давно занимается генеалогическими исследованиями рода Селивановских. Оказалось, её прабабушка Анна Константиновна была родной сестрой Михаила Константиновича, но материалов о нём у Елены Борисовны почти не было. Мы начали активно переписываться и обмениваться имеющимися архивными документами. Ей через Кировский госархив, а мне через госархив Удмуртии удалось обнаружить много материалов о Михаиле Константиновиче.

Елена Борисовна, неутомимая труженица по изучению рода Селивановских, любезно предоставила мне множество документов, и они вместе с теми, что имелись у меня, позволили создать достаточно полную картину о жизни и деятельности моего деда.

Селивановский Михаил Константинович родился 14 декабря 1869 года по старому стилю в с. Вожгалы Вятского уезда. В семье он был пятым ребёнком из четырнадцати. О своём детстве Михаил Константинович вспоминал в автобиографии, написанной в 1924 году:

«Жилось всем очень тяжело, при скудности средств и многочисленности семьи, так как на попечении отца находились ещё бабушка и тётка. Отец мой для своего положения был очень начитанный человек и поощрял любознательность в детях; нам, детям, на каждый праздник он покупал вместо игрушек книги. Старший брат мой обладал хорошими способностями, но должен был ограничиваться только половинным образованием, т.к. отцу необходим был помощник в работе. Когда мой старший брат и сестра учились в школе (первые двое детей уже умерли), я стал ходить за ними в школу и был настолько неотвязчив, что меня поневоле тоже приняли в школу, хотя мне было менее 6 лет. Таким образом, я окончил начальное училище. Тогда отец мой послал меня в другое село – к свояку торговцу приучаться и торговому ремеслу. Но я оказался абсолютно непригодным, и свояк послал меня через полгода обратно домой. Так как к ремеслу у меня тоже не было охоты, и я всё время увлекался чтением книг, отец увёз меня в село Вожгалы, поместив у шурина, отдал учиться меня в 2 классное училище. Там я пробыл 2 года в старших классах и в 11 лет окончил училище.

Заведующий этим училищем летом нарочно приехал к отцу, чтобы убеждать продолжить моё обучение. Год тому назад в Вятке было открыто реальное училище, и учитель советовал учить меня там, так как при моих способностях я легко мог получить стипендию».

Отец повёз Михаила в Вятку, чтобы тот попытался поступить в Вятское Александровское реальное училище (ВАРУ). На вступительном экзамене экзаменаторы решили, что Михаил может выдержать экзамен во 2 класс. И он действительно блестяще сдал экзамены во 2 класс и в 1881 году поступил в это училище. Михаил Константинович пишет в своей автобиографии:

«Первый год я учился на свои средства, жил в невозможных условиях, так как отец мог расходовать на меня, и то с трудом, пять рублей в месяц. Со второго года мне дали стипендию по 10 рублей в месяц. С 14 лет я уже давал уроки и совершенно обходился без домашней помощи».

Благодаря своим способностям и множеству прочитанных книг Михаилу легко давалась учёба, он переходил из класса в класс с наградами и получал губернскую стипендию.

Об успеваемости Михаила в выпускном классе классный наставник Дмитрий Обухов писал: «За 3-ю четверть 7-го класса всего было пропущено учениками 162 урока. Наибольшее число пропущенных уроков – 62, было у Михаила Селивановского. В 7-м классе было всего семь человек, и Михаил по успеваемости был третьим, несмотря на то, что болел».

В 1887 году сразу же после окончания училища Михаил был принят на должность чиновника I разряда почтово-телеграфной конторы.

Свою последующую трудовую деятельность Михаил Константинович подробно описал в 1924 году в своей автобиографии. В то время его личное дело, как и дела многих «ответственных работников» были засекречены. Позднее их рассекретили, но доступ долгие годы был ограничен.

Вот что писал Михаил Константинович:

«Зиму 1887-1888 г. я провел в случайной работе по статистике в Статистическом бюро и весной 1888 года в 18 лет принял предложение на должность помощника лесничего в Омутнинских горных заводах. Здесь я прослужил до весны 1894 года, оставил службу, задумав организовать разъездную торговлю книгами по Вятской губернии. Собирая необходимые средства и пайщиков, я на лето поступил земским землемером в Котельнический уезд и осенью 1894 года приехал в Вятку. Здесь я подал прошение о разрешении на книжную торговлю, но губернатор не разрешил её, а предложил редакторство неофициальной «Вятской губернской ведомости». Я согласился и работал до 1 марта 1899 года. Губернатора Трепова, очень просвещённого и гуманного человека, сменил Клингенберг, типичный барон. Так как по роду обязанностей мне часто приходилось сталкиваться с ним, то, в конце концов, я не смог примириться с его взглядами и в марте 1899 ушёл с места редактора в Казённую Палату».

В то время газета «Вятской губернской ведомости» была практически единственной газетой, в которой появлялись материалы о нашем крае. Хотя первой газетой на территории современной Удмуртии был «Сарапульский листок объявлений», издававшийся в г. Сарапуле с 1897 года, в нём печатали в основном рекламу и объявления. В 1906 году на смену «Листку» пришла настоящая ежедневная газета «Прикамский край». В Ижевске в 1904 году стала издаваться газета «Ижевские телеграммы», а в 1914 году – «Объявления Ижевска».

Что касается газеты «Вятские губернские ведомости», то до 1865 года официальная и неофициальная части выходили отдельными изданиями.

28 декабря 1897 года в торжественной обстановке в здании губернской типографии отмечали 100-летие её основания. Вот как описано это мероприятие в статье, опубликованной в Памятной книжке и календаре Вятской губернии.

«С утра 28 декабря Губернская Типография приняла праздничный вид. Здание присутственных мест, в котором помещается Типография, было украшено флагами. Большую среднюю наборную, в которой долженствовало быть молебствие, рабочие украсили гирляндами и венками из зелёной хвои и флагами. На видном месте были помещены портрет Государя Императора, задрапированный зеленью и флагами. На одной стене были помещены дипломы, полученные Губернской Типографией на выставках, на другой – большая таблица с портретами г. Начальника губернии, г. Вице-Губернатора, Старшего Советника Н.А. Спасского, Смотрителя Типографии П.М. Вычагжанина и видами типографии. В этой же комнате стояла витрина, бывшая на выставке печатного дела в Петербурге. В витрине помещены были некоторые из изданий, выпущенных Губернской Типографией в последние 5 лет. Показателем достигнутых Типографией усовершенствований в печатном деле служили выставленные тут же «Губернские Ведомости» первых годов их существования. …Благодарственное молебствие совершил Кафедральный протоиерей Гавриил Яковл. Порфирьев. Пел хор певчих Александро-Невского собора. …После того, как все присутствующие приложились ко кресту, о. протоиерей окропил св. водою всё помещение Типографии».

С докладом об истории и значении типографии выступил организатор праздника Н.А. Спасский, который, в частности, сказал: «Празднуя это событие, следует признать его за великое дело для нашего края. Губернская Типография стала колыбелью печатного искусства в губернии».

Проработав почти пять лет в этой газете, Михаил Константинович хорошо изучил издательское дело и работу типографии, и к этому событию он завершил книгу «Столетие Вятской губернской типографии. 1797-1897 гг., которая была издана в следующем году (1Столетие Вятской губернской типографии. 1797-1897. Вятка: Губернская типография, 1898. – 65 с.)

Книга богато иллюстрирована: фотографии цехов и оборудования, групповые снимки работников, образцы книжных и титульных шрифтов, визитных карточек, виньеток, украшений. Отдельная глава посвящена описанию празднования столетнего юбилея типографии, включая список гостей и поздравительных телеграмм. Приводится обширный перечень художественной литературы, справочников и других изданий, отпечатанных в типографии за последние 20 лет.

Во время работы в газете М. К. Селивановский изучал родной Вятский край и писал также краеведческие статьи, которые публиковались как в газете «Вятские губернские ведомости», так и в памятных книжках Вятской губернии. Некоторые статьи он подписывал инициалами М.С. Вот список его основных статей:

– Коляда в Песковском заводе. Календарь и памятная книжка Вятской губернии на 1895 год. Вятка, 1894. С. 218-219.

– Заметки об Омутнинских горных заводах Н. П. Пастухова. Календарь и памятная книжка Вятской губернии на 1895 год. Вятка, 1894. С. 186-217.

– Землетрясение в г. Вятке (13 авг. 1897 г.). Календарь и памятная книжка Вятской губернии на 1898 год. Вятка, 1897. С. 159-163.

– Рудничное хозяйство в заводах Холуницкого округа. Календарь и памятная книжка Вятской губернии на 1898 год. Вятка, 1897. С. 163-176.

28 ноября 1904 года в Вятке была основана Вятская ученая архивная комиссия (ВУАК), сыгравшая большую роль в сборе и сохранении документов по истории Вятского края. Первым председателем комиссии был избран бывший смотритель Вятского духовного училища Н. А. Спасский. Членами комиссии были известные вятские ученые и краеведы А. С. Верещагин, И. М. Осокин, Д. К. Зеленин, П. Н. Луппов, М. Г. Худяков.

7 января 1905 года на заседании комиссии Михаил Константинович был избран её действительным членом. Поводом для избрания, очевидно, послужили его работа в должности редактора губернской газеты и труды, опубликованные в газете и в Вятских памятных книжках. Членом ВУАК Михаил Константинович состоял до 1914 года. Вероятно, он прекратил работу в комиссии по причине большой занятости на посту Ижевского казначея в связи с началом войны.

 

Ижевскому казначейству часто приходилось организовывать кампанию по сбору пожертвований по предложениям как вышестоящих, так и других различных российских организаций.

Так в декабре 1914 года в казначейство поступает письмо управляющего Сарапульским отделением Государственного банка с просьбой « … не отказать принять на себя труд по сбору пожертвований в пользу Комитета при Сарапульском Отделении Государственного Банка для оказания помощи воинским чинам и их семьям, выдавая жертвователям талон соответственно жертвуемой суммы. Могущие поступить пожертвования в пользу союзных армий – Сербии и Черногории прошу отмечать на корешках талонов словами: “Сербия, Черногория”». К письму прилагался подписной лист и пять талонных книжек по 100 листов каждая для учета пожертвований.

В этот же период в Ижевское казначейство обратилась «Никольская община сестер милосердия в память кн. С. С. Щербатовой и д-ра Ф. П. Гааза Российского Общества Красного Креста с большим письмом. Учитывая важность информации, содержащейся в письме, привожу ниже его значительную часть.

«Германцы применяют против наших войск удушливые газы. Необходимо как можно скорее снабдить наших воинов РЕСПИРАТОРАМИ, т.е. такими повязками, которые противодействуют вредному влиянию газов. Необходимо эти повязки иметь постоянно в достаточном количестве. Мы надеемся, что весь Русский народ, как один человек, придёт на помощь этой необходимости. Для получения средств мы выпустили в продажу художественные открытые письма, ценою три коп. за штуку. Каждые проданные 2-3 открытки дают уже возможность изготовить РЕСПИРАТОР.

Пусть каждый купит одну или нескольких открыток для себя! Пусть каждый разрешит нам послать от его имени несколько открыток в армию, и этим будет сделано благое дело: бесчестная немецкая затея будет опрокинута, наши братья-воины, отдающие своё здоровье и готовые отдать свою жизнь за дорогую родину и за всех нас, будут защищены от зловредных немецких газов.

Кроме того, наши воины, лишённые подчас возможности писать за отсутствием бумаги и конвертов, благодаря подарку открытками получат возможность почаще писать весточки домой. … Поэтому мы обращаемся к Вам с просьбой взять на себя заведывание в Вашем районе подписку на означенные открытки и, препровождая при сем подписной лист, мы надеемся, что Вы в течение ближайших дней, заполнив лист, переведете полученную сумму. … Лица, сотрудничающие нам, вправе при сборе подписки носить на рукаве повязку Красного Креста».

В июле 1917 года Михаил Константинович был переведён в г. Глазов.

В 1918 году казначейства были преобразованы в финансовые отделы, а общее руководство было возложено на Народный Комиссариат финансов (Наркомфин).

4 ноября 1920 года Декретом СНК и ВЦИК РСФСР была образована Вотская автономная область (ВАО). Но она была создана на небольшой территории. В неё не вошли города Сарапул и Воткинск, Кизнерский район. Столицей ВАО был определён город Глазов, расположенный на границе области и не имевший своей промышленности. В результате около 100 тыс. удмуртов остались за границами области, разрушились сложившиеся хозяйственные связи, закрылся Воткинский завод. Ошибки в территориальном образовании ВАО привели к разрушению экономики региона, к которому добавилась общая разруха в стране. Одна из ошибок вскоре была исправлена – столицу вернули в Ижевск. На территории ВАО были образованы пять уездов: Глазовский, Ижевский, Дебесский, Можгинский и Селтинский, в каждом из них, кроме Ижевского, были созданы уездные финансовые отделы. Общее руководство финансами области осуществлялось Областным отделом финансов, располагавшимся в Ижевске.

В Глазовском казначействе, который возглавлял Михаил Константинович, работали двадцать сотрудников. Кроме управления работой отдела он отвечал за «кассовую оборотную наличность».

Для материальной поддержки государственных служащих были введены различные виды помощи, в том числе продовольственные пайки. Например, в июле 1922 года  Дебесскому финотделу в среднем на каждого служащего было выделено: муки – 58 фунтов (23 кг), мяса – 11 фунтов (4,4 кг), масла – 2,2 фунта (0,88 кг), соли – 4,5 фунта (1,8 кг), кофе – 0,42 фунта (170 г). В августе нормы выдачи были меньше, причем сторожам, караульным и некоторым служащим младших разрядов мясо и масло не выдавали.

Примером другой помощи служит письмо Административного Управления НКФ РСФСР от 5 апреля 1922 года в Областной финансовый отдел, в котором сообщалось, что «Административное Управление НКФ препровождает при сем с Заведующим Обфинотделом Автономной Вотской Области тов. ОЛЬШАНСКИМ четырнадцать пар американской обуви для премирования особо отличившихся сотрудников Об и Уфинотделов. О получении обуви надлежит уведомить Общую Канцелярию НКФ».

Об отношении к членству в партии и религии Михаил Константинович писал в 1924 году в автобиографии: «Во взглядах вполне сочувствую коммунистической партии, не вступал в неё ранее, не намерен и теперь вступить. Никак не могу согласиться с обязательством порвать с религией. Сам я никогда не был религиозным человеком. Но моё внутреннее чувство свободы возмущается насилием над совестью человека. Я не могу согласиться с положением, что все основы нашей жизни должны базироваться на материалистическом мировоззрении, а потому и борьба с религией есть догмат коммунизма».

Безусловно, в условиях непрерывных изменений постреволюционного законодательства и, соответственно, правил организации финансовой деятельности, крайней экономии средств и низкой квалификации большинства сотрудников работать было тяжело, о чём говорит высокая текучесть кадров.

Михаил Константинович скоропостижно скончался 24 сентября 1926 года во время отчётного доклада о деятельности отдела местных финансов. Вот что сообщалось в некрологе, озаглавленном «Смерть на посту» и опубликованном в газете «Ижевская правда»:

«Скончался человек, отдавший все свои силы и знания советскому обществу. Смерть глупо и бессмысленно вырвала из рядов работников Офо товарища, который несмотря на свои 57 лет отдавал всего себя делу. … Большой начитанности человек всю жизнь занимался самообразованием и отличался прямотой своих взглядов. В годы революции и позднее по сие время он беззаветно отдал себя финансовому делу и пользовался большим авторитетом. Не стало энергичного работника, человека, глубоко знающего финансовое дело».

Подводя итог жизни и деятельности этого скромного труженика, журналиста, краеведа, редактора крупной газеты и финансиста можно уверенно сказать, что он немало сделал не только для Ижевска и Удмуртии, но и для Вятской губернии.